Денис Аветисян

Компании вроде Archer Aviation (ACHR) строят четырехместные летательные аппараты, которые могут парить над городским хаосом. Федеральное управление гражданской авиации (FAA) вот-вот одобрит их использование. Но не думайте, что завтра вы будете сидеть за штурвалом своего личного такси, как Джордж Джетсон. Однако эти электрические аппараты — ещё один шаг к тому, чтобы решить проблему трафика в городах, где пробки превратились в настоящий АПОКАЛИПСИС.

Мэттью Кляйн, как опытный иллюзионист, развернул перед инвесторами карту сокровищ: Sephience, препарат для лечения фенилкетонурии (ПКУ), одобренный в США и Европе. Он действует как магнит, втягивающий избыток фенилаланина, который, как известно, превращает жизнь пациентов в пирожок с ограничительной начинкой. «Пациенты начнут отвечать, — вещал Кляйн, — как будто мы нашли ключ к шифру ДНК счастья».

Почему промышленные акции растут? Ну, во-первых, искусственный интеллект требует турбин, систем отопления и трансформаторов. Во-вторых, авиация и оборона получают бюджеты, как пирожки на празднике. А ещё есть Infrastructure Investment and Jobs Act — словно магический посох для индустрии.

Пфайзер делает лекарства. Это сложный процесс, как попытка научить кошку играть на скрипке. Когда у компании заканчивается патент, конкуренты выпускают дешевые версии препаратов. Это называется «патентный обрыв». А Пфайзер готовится к такому обрыву с парой своих крупных лекарств.

Тем не менее, ранний доступ к биткойну не был гарантией спасения. В 2020 году, когда мир погрузился в хаос пандемии, некоторые отчаянные души рискнули вложить $1000 в цифровую валюту, которая не имеет физического воплощения. Их решение напоминало попытку поймать тень — но именно это и стало залогом успеха. Подробности ниже, если вы готовы принять абсурдность происходящего.