Стоимость сделки основана на средней взвешенной цене покупки, указанной в форме 4 SEC (71,87 долларов США); стоимость после сделки основана на цене закрытия рынка 3 февраля 2026 года (71,87 долларов США). Эти цифры, сами по себе, мало что значат. Важно понять контекст.
Итак, Роберт Уиллетт, директор Cognex, избавился от части своих акций – 2148 штук, если быть точным – 13 февраля 2026 года, после немедленного исполнения опционов. Сумма сделки приблизилась к 128 тысячам долларов, что, в масштабах глобальных финансов, – лишь капля в море, но, как известно, именно капли формируют океан. После этой сделки в его прямом владении не осталось ни одной акции, однако он сохранил 15 804 акции, принадлежащие через Willett Parkhill Investment Trust, и внушительный пул из 1 477 706 опционов, готовых к исполнению. Это, словно, старый капитан, сбросивший часть груза, чтобы удержать курс в шторм.
Rocket Lab – это, скажем так, альтернатива SpaceX для тех, кому не нужны гигантские корабли. Они запускают небольшие ракеты, доставляют небольшие грузы. Звучит скромно? Возможно. Но за последние пять лет их доходы выросли почти на 900%. Это, знаете ли, впечатляет. Особенно, если учесть, что я вообще не верю в эти космические сказки.
Исследователи предлагают усовершенствованные алгоритмы оптимизации, позволяющие ускорить и повысить качество обучения крупных языковых моделей.
Нельзя сказать, что банковские акции взлетят подобно ракетам, устремляясь к технологическим вершинам. Они скорее напоминают надежные, но неторопливые суда, идущие своим курсом. Однако, они представляют собой ценность, и все чаще демонстрируют рост дивидендов. И все же, в этом благополучии таится некая тревога. Многие сегодняшние участники рынка помнят кризис, ощутили его тяжесть, и эта память, как старый шрам, может заставить их колебаться.