В начале апреля индекс S&P 500 (^GSPC) потерял 10.5% своей стоимости за два торговых дня, что стало одной из самых крутых падений с 1950 года. Плохо дело было не только у S&P — Nasdaq Composite (^IXIC) впал в медвежий рынок, а Dow Jones Industrial Average (^DJI) оказался в коррекционной зоне. Но это был лишь пролог: вскоре медведи отступили, и быки вернулись с невероятной силой.
Итого: продайте Палантир, купите Амазон. Звучит просто, как дважды два. Но куда проще просто сидеть у камина, попивая виски и наблюдая за тем, как мир катится в тартарары. Ладно, давайте копнём глубже. Сегодня, я буду тем безумным аналитиком, которым никто не станет.
В России ситуация характеризуется сохранением структурных дисбалансов. Несмотря на рост экспорта трубопроводного газа в Европу на 37% в июле (до 51,5 млн кубометров в сутки), зависимость от этого источника дохода остается высокой. Рост экспорта, хоть и позитивный, не компенсирует долгосрочные структурные изменения, обусловленные переориентацией энергетических потоков и стремлением Европы к диверсификации источников поставок. Данные свидетельствуют о том, что российский газ продолжает играть важную роль в удовлетворении европейского спроса, однако долгосрочные перспективы требуют пересмотра стратегии и поиска новых источников роста.
И вот в этот момент, среди шума и шуточных тактических маневров, акция ChargePoint (CHPT) обрушилась больше чем на двадцать процентов за неделю. Крепко так, как будто кто-то тряхнул корни, и вся их структура выглядит неустойчиво. Казалось, будто компания с джентльменской скукой лишь скрывает за музеями своей акции тревогу, которая разносится эхом по стенам Неваги и Манхэттена.
Утром The Washington Post опубликовала документы, раскрывающие планы Центров Medicare и Medicaid. Пилотный проект, как и положено всем экспериментам, кажется одновременно смелым и наивным: пятилетняя попытка покрыть расходы на препараты вроде Zepbound, которые стоят столько, что даже у бюджетных пациентов возникает вопрос — лечить ли тело или экономить для души.