О Злате и Серебре: Балаган Рыночных Страстей

Бизнесмен, вглядывающийся в бездну графиков

Поговаривали о спекуляциях, о некой лихорадке, охватившей умы инвесторов. Словно эти металлы стали игрушкой в руках безумцев, готовых поставить на кон все, лишь бы сорвать куш. Волатильность, говорят, как у тех самых «мемных акций», что недавно мелькали в новостях – непредсказуемая, капризная, словно дама с веером. Но вот, к концу января, случилось нечто… странное. Злато и серебро рухнули в цене, словно карточный домик, построенный на зыбком песке. И в этом падении, как ни дивно, можно усмотреть некий намек на то, как инвесторы смотрят на рынок сейчас, и что им движет.

Биткоин и его внезапные падения: взгляд сквозь призму вероятности

Трейдеры, как известно, существа нервные, и эта новость вызвала у них что-то вроде панической атаки. Однако, долгосрочные инвесторы, возможно, не должны беспокоиться. (Хотя, конечно, никто не может гарантировать, что завтра Земля не столкнется с гигантским астероидом, но это уже совсем другая история.) В конце концов, есть все еще некоторая вероятность, что это не просто очередная финансовая аномалия, а вполне себе перспективная возможность.

Палантир: Мелькание надежд

Палантир сейчас где-то на треть ниже своих пиковых значений. А коэффициент цена/выручка все еще завышен – 74. Подумаешь, цифры. Впрочем, давайте попробуем разобраться, стоит ли ловить падающую звезду, или лучше переключиться на что-нибудь более надежное. В конце концов, надежда – это хорошо, но деньги любят счет.

Январская Аномалия: Отражения в Зеркале Рынка

Рынок

В этом году, как и во многих других, Январь преподнес нам очередную загадку. Индекс Доу-Джонса, словно старый, мудрый библиотекарь, продемонстрировал скромное превосходство над технологическим индексом NASDAQ. И это, согласно записям, сделанным в «Книге Предзнаменований», может оказаться вестником грядущих изменений. Утверждается, что в девяти случаях из пятнадцати, когда Доу опережал NASDAQ в Январе, он же и лидировал по итогам года. Неумолимая логика, достойная самого Зенона Элейского.