Модели ИИ разрабатываются, обучаются и коммерциализируются при поддержке этой вычислительной мощности. Система, созданная Nvidia, делает её еще более прибыльной, благодаря собственным инвестициям в экосистему, которую она помогает строить.
Топ-10 акций S&P 500 составляют почти 40% рыночной капитализации индекса. Это не просто цифры, а катастрофа для тех, кто верит в равновесие. Индекс, как пирог, который слишком многое дает одному гостю, рискуя остальным.
В 2015 году, когда мир еще верил в чудеса атомных мечтаний, инженеры из Fluor, подобно древним алхимикам, вложили в NuScale свои сокровища. Класс B акций хранил их капитал в бронзовом молчании, пока не наступила весна перемен. В апреле, когда земля пахла ржавчиной и надеждой, договор о переводе драгоценных дивидендов в обыкновенные акции стал началом конца — или, как сказали бы в Майами, началом долгого прощания с ликвидностью.
Компания строит свою империю на GPU-серверах, арендованных у Nvidia. Клиенты вроде Meta и Microsoft жрут вычислительные мощности как голодные волки, а OpenAI добавил в меню новый вид плоти — гигантский заказ на $15,9 млрд. Но даже этот пиршественный стол оказался недостаточен для алчного рынка.
Неутомимый разработчик передовых реакторов, Oklo, оказался в центре бурного шторма после того, как Goldman Sachs выпустили свой нечестивый предварительный нарратив, предупреждая инвесторов не быть слишком самоуверенными. Параллельно с этим, внутри компании произошла волна значительных продаж акций — они расстались более чем с $12 миллионами.